Connect with us

Культура

В Туле открылся филиал музея-заповедника Поленова

Published

on

В эти выходные в Туле открыл двери для первых гостей Центр семейной истории (ЦСИ). Таким центром, для которого дорога «мысль семейная», решил сделать свой филиал музей-заповедник Василия Дмитриевича Поленова. Прежде всего потому, что для самого музея история семьи и рода Поленовых — его сердце. Она определяет не только экспозицию, но и отношение сотрудников к музею и делу, взаимоотношения в семье и отношение к прошлому, связь с местом, наконец.

Но для филиала в Туле, который стал частью музейного квартала около Тульского кремля, в историческом центре города, музей Василия Дмитриевича Поленова решил представить семейную историю художника не в виде мемориальной экспозиции, а сделать ее точкой отсчета, поводом пригласить другие семьи туляков вспомнить и рассказать свои собственные истории. Потому что «история — это мы», убеждена Наталья Дмитриевна Поленова, правнучка художника и нынешний директор музея-заповедника. Это и стало хэштэгом нового Центра — #историяэтомы.

Музей тут не только предстает не только в роли рассказчика собственных, порой очень драматичных историй, но он выступает, если так можно выразиться, в роли играющего тренера. История рода и семьи Поленовых увлекает перипетиями судеб, которые вплетены в ткань истории страны, но ведь почти в каждом семействе можно услышать рассказы о предках, то анекдотические, то трогательные, трагические и мелодраматические. А если вы этих рассказов не слышали, то, возможно, просто не интересовались? Может быть, самое время заглянуть в бабушкин сундук, где среди запасов полотенец можно иногда найти и архивные сокровища: связку писем или вышивку, сделанную прабабушкой? Или даже — почти новенькую, розовую рубашку, подаренную барыней в 1850-м году крестьянской девочке Василисе Сидоровой. Это один из удивительных экспонатов выставки «Семейное дело», открывшейся в ЦСИ.

Собственно, Центр семейной истории и учит собирать не только фамильные драгоценности, но и фамильную историю. Как паззл, скорее всего, ее собрать вряд ли получится — слишком много пробелов оставил ХХ век. Но как создавать семейный архив, как его хранить, как с ним работать — научиться здесь можно. Первая выставка ЦСИ «Семейное дело» (над ней работали команда музейного бюро Solarspace, кураторы Андрей Рымарь, Мария Мкртычева, Анастасия Кухарчук, Мария Драпкина, Ксения Филатова) — это апробация новой модели взаимодействия музея и местных семей. Собственно, она и создавалась вместе с 21 тульской семьей и представляет рассказы, фотографии, экспонаты, которые хранятся в этих семьях.

Более того, один из четырех домиков, в которых расположился ЦСИ, тоже по сути оказался экспонатом. Это дом, принадлежавший семье купцов Добрыниных, переданный городу и восстановленный для филиала «Поленово», часть наследия старой Тулы. «Когда нас выселили из дома на Благовещенской, его признали памятником архитектуры. Поставили датой постройки 1812 год, но папа сказал, что в 1812 году был капитальный ремонт после пожара», — рассказывает Ольга Добрынина. Кроме времен Наполеона и Кутузова, дом помнит и события революций ХХ века. «Когда после революции пришли в наш дом, у бабушки взяли все, что у нее было. Отец мне рассказывал, что, когда бабушка отдала бриллианты, начали с детей снимать кресты и цепочки. А бабка мучается: «Позвольте, это же дети». Ей сказали: «Помолчи, а то сейчас и тебя к стенке», — говорит Ольга Добрынина.

Эти безыскусные рассказы, дошедшие век спустя и передававшиеся в семье, — огромная часть «устной истории», интерес к которой сегодня огромен. Она позволяет сохранить интонацию ушедших рассказчиков, напоминает о поразительных деталях былой повседневной жизни, открывает человеческое измерение истории. Словом, позволяет при желании расслышать на ветру истории одинокий голос человека.

Среди семей, которые приняли участие в создании выставки, есть потомственные оружейники и врачи, ювелиры и компьютерщики, священник и учитель, художники и библиотекарь, члены еврейской диаспоры и спортсмен, папа которого велогонщик Сергей Терещенков был чемпионом мира 1965 года и нес факел с олимпийским огнем по Тульской области в 1980-м году… Чьи-то предки очень известны в городе, как, например, врач Иван Дрейер (1885-1919), лечивший рабочих бесплатно во время эпидемии тифа. Его именем названа красивая набережная реки Упы, текущей близ Кремля. Чьи-то родственники были священниками, расстрелянными на Бутовском полигоне и причисленными уже в нынешнее время к лику святых. А чьи-то были библиотекарями в маленьком поселке. Например, мама и бабушка Анастасии Погареловой. «Мы живем в Одоевском районе, в деревне Хмелевичи, всю жизнь. Мама уже с 1984 года работает в библиотеке», — объясняет Анастасия. И людей порой трудно убедить в том, что их «обыкновенная история» тянет на роман. Хотя бы роман с книгой. Так, Ольга Макарова, которую с полутора лет мама брала из детского садика на работу, поскольку работа в библиотеке заканчивалась в восемь вечера, вспоминает: «Я очень хорошо помню, как спала на стульях в библиотеке у мамы. Она ставила стулья, подкладывала «Всемирную литературу» под голову, оборачивала платком — и вот я так и спала».

Андрей Рымарь говорит, что поначалу, думая о том, как показать преемственность, связи в семье, кураторы выставки искали профессиональные династии. Где как не в Туле, городе оружейников и Левши, тульских пряников и самоваров, их искать? Но вскоре стало ясно, что «фамильное сходство» явно шире профессионального. И постепенно в фокусе внимания оказались три момента: профессия, дом, ценности внутри семьи. Одновременно становилось понятно, что именно встреча в одном пространстве семей с разной историей, традициями, воспоминаниями и делает выставку живой, эмоциональной, открытой к диалогу. В этом смысле выставка моделирует не только территорию семейной истории, но и пространство города, где живут, встречаются, общаются очень разные люди. Не удивительно, что интерактивная карта Тулы, где участники выставки отметили важные для них места, будь то стадион «Арсенал», где проходили тренировки в детстве, или парк, где познакомились родители, стала знаковым «входом» в экспозицию.

Сама она строится как параллельные повествования, вместе сплетающиеся в рассказ о genius loci Тулы. Отдельные главки посвящены родовому древу, географии города, месту, которое занимает дом в семейной истории, общим ценностям и общему делу, опоре, которую мы ищем в трудные минуты… Иногда этой опорой может оказаться воспоминание о родителях и …вид из окна.

«Просеку проделали и открыли вид на Тарусу. Мне очень приятно, когда я гляжу на луга и на Тарусу на горизонте. Мне чудится, что я переношусь в детство и юность и имею общение с родителями. Мама застала еще этот вид, правда, уже только с крыши дома, когда мы с ней слушали пасхальный звон в ночь на 8 апреля 1927 года», — писал Дмитрий Васильевич Поленов сыну Федору в 1958 году.

Последняя комната — с волшебным зеркалом. Заходишь, выбираешь хэштэги, предлагающие описать вашу модель семьи. Ну, скажем, #матриархат, #в горе и в радости, #общие финансы, #не помнить имен всех внуков, #не помнить за что наказали… Нажимаешь «сохранить». И — пожалуйте на селфи к зеркалу, где уже высветился выбранный вами набор. Чем больше выбирают хэштегов, тем больше кружочек, в котором он появляется. Тут, кстати, не без неожиданностей. Всплывающий в зеркале кружок со словом «стабильность» заметно больше, чем с хэштэгом «любовь». Эх, Антон Павлович Чехов не согласился бы. Он-то считал, что «в семейной жизни самый важный винт — любовь».

Прямая речь

Елизавета Терещенкова, внучка велогонщика Сергея Терещенкова, чемпиона мира 1965 года:

— Эта выставка — очень эмоциональная история. К сожалению, дедушка ушел, когда мне было меньше 10 лет. Я его не очень хорошо помню. Но первое, что я помню, конечно, велосипед. Мне было 3 или 4 года, когда меня посадили на двухколесный велосипед. И я поехала по дорожке, что шла под уклон.

Здесь задавали вопрос про семейные конфликты и как про них говорить здесь. Не знаю, но это про конфликты. Это про глубоко сердечные переживания, память сердца.

Культура

«Дэвид Копперфилд» — версия Армандо Ианнуччи

Published

on

Никто не ожидал: Армандо Ианнуччи снял «Историю Дэвида Копперфилда». Уточню для несведущих: снял не фильм о знаменитом иллюзионисте, а экранизацию романа Диккенса.

В чем неожиданность? Шотландец Ианнуччи славен хлесткими, острыми, на мой вкус, грубоватыми политическими сатирами типа «В петле» (о войне в Ираке) или «Смерти Сталина» — и вдруг этот нежный, исполненный тонких оттенков, но с броско сыгранными персонажами, атмосферный и дивно красивый фильм на сюжет самого личного, почти автобиографического романа британского классика. Роман огромен, для кино неподъемен, хотя существует очень хорошая киноверсия Джорджа Кьюкора, снятая в 1935 году. Ианнуччи и соавтор его сценария Саймон Блэкуэлл объемом не смутились — с необъятным материалом книги, вместившей целую жизнь писателя, он обошелся легко и свободно, с любовью, но без пиетета, не пытаясь подменить фильмом чтение и полагаясь на художественное воображения не только свое, но и зрителя.

Почти театральная условность приема, как и субъективность взгляда, заявлены с самого начала фильма: уже став знаменитым писателем, Копперфилд анонсирует предстоящий рассказ о себе со сцены некоего театра, срывает аплодисменты и лично отправляется в свое прошлое, наблюдая процесс собственного рождения. И в дальнейшем он станет гидом по своей жизни, выхватывая из нее ключевые моменты и самых важных персонажей. Авторы фильма щедро используют мотивы жизни и личности самого Диккенса, который тоже часто читал свои произведения со сцены и, по легенде, был подвержен галлюцинаторным явлениям оживающих персонажей своих будущих книг.

Вспоминая, мы всегда идеализируем минувшее — Ианнуччи это учитывает и делает самый солнечный фильм в своей практике. Яркий, брызжущий юмором, не угнетающий даже самыми мрачными картинами нищеты и обделенности в эпизодах на бутылочной фабрике. И есть только один по-настоящему омерзительный персонаж — прилипала-мошенник Урия Хип в блистательном исполнении Бена Уишоу («Парфюмер: история одного убийцы», «Малыш Джо»). По композиции фильм Ианнуччи в какой-то мере подобен экранизациям гоголевских «Мертвых душ»: здесь тоже парад колоритнейших лиц, каждому дан свой яркий, почти концертный номер, и это настоящий пир отличных актерских работ, даже несмотря на особенности весьма странного кастинга.

В чем странность? То ли режиссер решил довести до абсурдного предела новейшие политкорректные требования демонстрировать в фильмах образцово-показательный интернационал, то ли хотел соригинальничать, но для участия в экранизации он пригласил актеров всех оттенков кожи. Его совершенно не заботили комические несоответствия наподобие того, что вполне белая мама от отца-англичанина родит курчавого младенца — будущего Дэвида, которого сыграет смуглый индус Дев Патель. Что энергичной красоткой миссис Стирфорд станет Никки Амука-Бёрд из Нигерии. Что британский бизнесмен Уикфилд предстанет в облике Бенедикта Вонга, потомка эмигрантов из Гонконга. Единственная героиня фильма, поддерживающая безупречно британский стиль, — тетка и опекунша Дэвида миссис Тротвуд в восхительном исполнении Тильды Суинтон. И единственный герой, не вызывающий сомнений, — убежденный оптимист Микобер, с эстрадной лихостью сыгранный шотландцем Питером Капальди. Улицы британских городов выглядят яркими, солнечными и празднично живописными, они заполнены пестрой мультиэтнической толпой всех цветов кожи и более напоминают сегодняшний переполненный эмигрантами Париж, чем туманный Альбион XIX века.

При этом наименее убедительным мне кажется выбор Дева Пателя на роль Копперфилда. Конечно, шлейф «миллионера из трущоб», который за ним тянется, как указующий перст на плакате, напоминает о судьбе самого Копперфилда (а заодно и Диккенса), своими талантами выбившихся «из грязи в князи», из рабочих один — бутылочной, другой — гуталинной фабрик ставших литературными светилами. Но национальный колорит, присущий актеру, специфически южная экспрессивность его манеры все-таки мешают воспринимать получившийся персонаж как героя самого британского из британских авторов.

Память избирательна, парадоксальна и романтична. Эта субъективность взгляда выражена бездной броских приемов. Дом-баркас из детства Дэвида ощутимо меняет размеры, прежде казавшееся огромным — съеживается, и повзрослевший герой, вернувшись, постоянно трескается лбом о перекладины дна-потолка. Отдельная песня — «вещественное оформление» фильма: ослепительные костюмы Сьюзи Харман и Роберта Уорли, фактурность декораций и всего антуража, подобная кисти художника, фееричная по эмоциональности камера (оператор Зак Николсон). Важнейшую роль играет музыка Кристофера Уиллиса, чей симфонический разлив придает картине ностальгическую нежность и сближает ее с «золотым веком» кинематографа, где звезды всегда играли в дуэте с саундтреком. Вообще, путешествие по жизни героя в фильме неотрывно от вояжа по стилям едва ли не всей истории кино — есть момент, когда Ианнуччи забирается даже на территорию Великого Немого.

Обращение к Диккенсу не случайно для Армандо Ианнуччи: выпускник Оксфорда, он в студенчестве занимался историей литературы и персонально Диккенсом. Но мне показалось, что обращение к великой литературе в фильме он использовал не столько для транспортировки на экран сюжета романа, сколько для того, чтобы устроить себе и публике своего рода праздник сотворчества, азартного, увлеченного и ничем не обязанного никому, кроме собственной любви и фантазии.

«История Дэвида Копперфилда» теперь вышла в российских онлайн-кинотеатрах.

Continue Reading

Культура

Каннское жюри признало лучшим фильмом картину из Египта

Published

on

Закрытие "специального выпуска" Каннского фестиваля происходило в день очередного террористического акта, произошедшего утром в базилике Нотр-Дам в Ницце. Поэтому вместо традиционного красного ковра на лестнице Дворца фестивалей был развернут черный, траурный, а награждение лауреата предварялось минутой молчания. Каннское жюри признало лучшим фильмом картину из Египта

Египетский режиссер Самех Алаа. Фото: Предоставлено пресс-службой Каннского кинофестиваля

Как известно, за эти дни фестиваль показал вне конкурса четыре игровых фильма и, в конкурсе, полную программу короткометражных картин, отобранных еще для показа в мае, когда фестиваль пришлось отменить из-за коронавируса. Из 11 фильмов жюри единогласно выбрало лучший, наградив Золотой пальмовой ветвью картину египетского режиссера Самеха Алаа "Боюсь забыть твое лицо". Это первый фильм из Египта, получивший в Каннах главный приз фестиваля.

Были вручены также награды секции студенческих фильмов Cinéfondation, присланных из 444 киношкол мира; из 1952 работ для конкурса были отобраны 17. Лучшей из них признана картина "Кошкопёс" (Catdog), режиссер Ашмита Гуха Неоги (Институт кино и телевидения, Индия) — она награждена также грантом в размере 15 тысяч евро. Второй приз и 12 250 евро получила Елизавета Пысмак из Польской национальной киношколы в Лодзи за фильм "Моя толстая задница и я". Третью премию и 7 500 евро поделили румынка Люсия Чикос, снявшая фильм "Противопоказания" и немка Эльза Розергрен — за фильм "Хочу вернуться, вернуться, вернуться".

После вручения призов зрители посмотрели комедию "Два Альфреда" Бруно Подалидеса с Сандрин Киберлен и Дени Подалидесом в главных ролях.

Вечер закрытия фестиваля завершился всего за несколько часов до объявленного во Франции локдауна.

Continue Reading

Культура

Ушел из жизни дирижер Александр Ведерников

Published

on

На 57-м году жизни от коронавируса скончался известный дирижер, бывший музыкальный руководитель Большого театра Александр Александрович Ведерников. Музыкант, который сумел создать целую эпоху в Большом театре, отмеченную знаковыми премьерами — спектаклями «Дети Розенталя» Леонида Десятникова, «Евгений Онегин» в постановке Дмитрия Чернякова, «Война и мир» и «Огненный ангел» Сергея Прокофьева, «Сказание о невидимом граде Китеже» Римского-Корсакова и другими. Ушел из жизни дирижер Александр Ведерников

Фото: Максим Блинов/ РИА Новости

Родившийся в музыкальной семье в 1964 году (его отец — знаменитый бас Большого театра, народный артист СССР Александр Филиппович Ведерников, мать — пианистка и органистка, профессор Московской консерватории Наталия Николаевна Гуреева), он продолжил музыкальную династию и был одним из самых эрудированных музыкантов в России. Его дирижерская карьера начиналась в 1988 году в Музтеатре Станиславского и Немировича-Данченко, продолжалась в БСО им. П.И. Чайковского под руководством Владимира Федосеева. В 1990-е годы он дирижировал балетными спектаклями в театрах Милана, Турина, Рима («Лебединое озеро», «Щелкунчик» и «Спящая красавица» Чайковского, «Ромео и Джульетта» Прокофьева), дебютировал в Ковент Гарден в балетных спектаклях «Золушка» Прокофьева и «Лебединое озеро» Чайковского. В 1995 году создал оркестр «Русская филармония», который возглавлял до 2004 года.

Но самым ярким для его творчества периодом стали годы его работы в Большом театре, непростые, совпавшие с реконструкцией, дискуссионные по творческим задачам. Он пришел в 2001 году в Большой театр с идеей модернизации хотя бы репертуарной афиши. И именно при Александре Ведерникове происходило наглядное обновление афиши, вызывавшее иногда скандалы и споры: «Дети Розенталя» в постановке Някрошюса, «Евгений Онегин» Чернякова, российская премьера «Похождения повесы» Стравинского, изыскательская работа по восстановлению полной версии партитуры «Руслан и Людмила» Глинки, появление прокофьевского цикла — «Огненный ангел», «Война и мир», «Любовь к трем апельсинам», «Золушка». Он пытался сдвинуть модель работы Большого театра к западному образцу — с приглашением певцов на постановки и прокатной системы спектаклей, что в итоге привело к конфликту с руководством театра: в 2009 году он покинул Большой театр. С тех пор Александр Ведерников работал дирижером в европейских театрах и оркестрах: дирижировал в Комише опер Берлина, в Ла Скала, Ла Фениче, в Риме, в болонском театре «Комунале», Королевском театре Турина, в Парижской опере, в Метрополитен-опере, в Цюрихе, Франкфурте, Стокгольме, Хельсинки и др. С 2009 по 2018 годы он возглавлял датский Симфонический оркестр Оденсе, а сентября 2018 года стал главным дирижером Датской королевской оперы. А в феврале 2019 года стал музруком и главным дирижером Михайловского театра. Его творческая карьера была успешной и могла быть еще долгой. Но в 56 лет он скончался в московской 52-й больнице от коронавируса. Легкие Александра Александровича были поражены на 100 процентов. Пока неизвестно, как в нынешних условиях будет проходить прощание, но то, что творчество Александра Ведерникова навсегда останется в истории Большого театра и музыкального искусства, это уже факт.

Continue Reading
Advertisement

Последние новости

Суд в Пенсильвании временно заблокировал запрет властей США на работу TikTok Суд в Пенсильвании временно заблокировал запрет властей США на работу TikTok
Экономика5 часов ago

Суд в Пенсильвании временно заблокировал запрет властей США на работу TikTok

TikTok Читать 1prime.ru в МОСКВА, 31 окт — ПРАЙМ. Федеральный суд восточного округа штата Пенсильвания принял решение временно заблокировать решение министерства...

"Химки" обыграли "Црвену Звезду" в Евролиге "Химки" обыграли "Црвену Звезду" в Евролиге
Спорт6 часов ago

«Химки» обыграли «Црвену Звезду» в Евролиге

Подмосковные «Химки» одержали первую победу в регулярном чемпионате Евролиги. В матче шестого тура подопечные Римаса Куртинайтиса на своем паркете одолели...

В ВОЗ рассказали о долгосрочных последствиях перенесенного коронавируса В ВОЗ рассказали о долгосрочных последствиях перенесенного коронавируса
Общество7 часов ago

В ВОЗ рассказали о долгосрочных последствиях перенесенного коронавируса

COVID-19 может давать осложнения, которые будут подрывать здоровье человека даже после того, как он излечится от болезни. Фото: REUTERS/Vasily Fedosenko...

Ученые назвали главный источник распространения коронавируса Ученые назвали главный источник распространения коронавируса
Наука8 часов ago

Ученые назвали главный источник распространения коронавируса

Это объясняет, почему многие пациенты после заражения теряют вкус пищи © AP Photo/Mark Schiefelbein ТАСС, 30 октября. Молекулярные биологи обнаружили,...

В кратерах на поверхности Титана заподозрили присутствие водного льда В кратерах на поверхности Титана заподозрили присутствие водного льда
Наука8 часов ago

В кратерах на поверхности Титана заподозрили присутствие водного льда

Ученые надеются, что проверить их предположения о содержимом кратеров сможет миссия Dragonfly, которую готовят в NASA © Gemma Miralda/AP Image...

В тибетской пещере впервые нашли обрывки ДНК денисовцев В тибетской пещере впервые нашли обрывки ДНК денисовцев
Наука8 часов ago

В тибетской пещере впервые нашли обрывки ДНК денисовцев

Они жили там непрерывно как минимум 40 тысяч лет © AP Photo/Mark Schiefelbein ТАСС, 30 октября. Из почвы на дне...

На базе ферментов шампиньонов создали естественную краску для волос На базе ферментов шампиньонов создали естественную краску для волос
Наука8 часов ago

На базе ферментов шампиньонов создали естественную краску для волос

Она выдерживает многократное мытье водой и шампунем, а также защищает волосы от выцветания и разрушения под действием ультрафиолета © AP...

Число потенцильно обитаемых планет в Млечном Пути оценили в 300 миллионов Число потенцильно обитаемых планет в Млечном Пути оценили в 300 миллионов
Наука8 часов ago

Число потенцильно обитаемых планет в Млечном Пути оценили в 300 миллионов

В ближайших окрестностях Солнечной системы, по расчетам ученых, кроме системы Проксима Центавры находится еще четыре системы с потенциально обитаемыми планетами...

Биржи США упали из-за IT-компаний Биржи США упали из-за IT-компаний
Экономика8 часов ago

Биржи США упали из-за IT-компаний

Информационный указатель на Уолл-стрит в Нью-Йорке © РИА Новости. Джина Мун Читать 1prime.ru в ВАШИНГТОН, 30 окт — ПРАЙМ. Биржи США...

Умер митрополит Черногорско-Приморский Амфилохий Умер митрополит Черногорско-Приморский Амфилохий
Общество8 часов ago

Умер митрополит Черногорско-Приморский Амфилохий

В пятницу, 30 октября, от последствий коронавируса умер глава Черногорской митрополии, митрополит Черногорско-Приморский Амфилохий. Патриарх Московский и всея Руси Кирилл...

Популярное