Свяжитесь с нами

Общество

Семья. Травма. Женщина

Семья. Травма. Женщина

Опубликовано

Семья. Травма. Женщина

Бывает так, что за очень краткое время мир успевает измениться до неузнаваемости. И речь идет не о стремительных форс-мажорах вроде пандемии. Еще десять-пятнадцать лет назад невозможно было себе представить, что на фоне развития политической ситуации в России начнется новая волна феминизма, которую, казалось бы, никто не ждал.

Причем феминизма в самом широком смысле: появление нового поколения фемактивисток — Дарьи Серенко с проектом "Тихий пикет", центра помощи жертвам насилия "Сестры" и так далее; возникновение нового поколения поэтесс, таких как Галина Рымбу, Оксана Васякина, Лолита Агамалова, а также проект Ф-письмо, для которых чрезвычайно важна их гендерная идентичность (надо отметить, что под их влиянием трансформируется и художественный язык старших современниц, взять хотя бы цикл "Девочки без одежды" Марии Степановой); проникновение феминистской повестки в политику и трансформация общественных отношений, за этим следующая, как, например, стоящие на разных полюсах декриминализация домашнего насилия в России и многочисленные акции солидарности, первой из которых был онлайн-флешмоб "Я не боюсь сказать".

Наконец, русская литература тоже была подвергнута ревизии, и, благодаря усилиям, к примеру, издательства Common Place и Марии Нестеренко, читателям были предъявлены "Авторицы и поэтки" (по названию одной из книг антологии женской критики 1830-1870-ых годов), невероятно интересные и оригинальные, к примеру, Лариса Рейснер, Эльза Триоле, Любовь Копылова или Наталья Венкстерн. Не вошедшие, увы, в литературный канон, плотно занятый (по крайней мере, по мнению фемактивисток) авторами-мужчинами.

Впрочем, Красная площадь — далеко не выжженная пустыня, а столь затянутое предисловие было необходимо, так как дальше разговор пойдет о том, как эти процессы отразились в художественной литературе. Именно это обсудили на фестивале три женщины, каждая из которых недавно выступила с яркой книгой, если и не связанной с фем-оптикой напрямую, то явно прямо к ней прилегающей — Евгения Некрасова, Вера Богданова и Оксана Васякина.

С самого начала разговор (который вела бренд менеджер "Редакции Елены Шубиной" Татьяна Стоянова, сама выступающая как поэтесса) зашел о центральной теме книг каждой из трех участниц ("Калечина-Малечина" и "Сестромам" Некрасовой, "Рана" Васякиной и "Павел Чжан и прочие речные твари" Богдановой) — о травме. Оксана объяснила, что "травма" — понятие не новое, и в поэзии советского андерграунда было много работы с травматичным опытом, например, войны и репрессий, однако описывали этот опыт в первую очередь мужчины, тогда как, например, Мария Шкапская, описывающая опыт переживания специфически женской травмы, такой, как потеря ребенка, осталась не востребована.

Однако сейчас все больше женщин начинают об этом писать, потому что пресловутая "новая этика" — это процесс переноса внимания с тотального на частное, с большой истории на то, как политика преломляется в личной судьбе и личном восприятии. Для всех трех авторок травма оказалась центральной темой, несмотря на то, что Богданова прямо пишет о детской травме и опыте изживания насилия, пережитого за закрытыми дверями квартир, государственных учреждений, детских домов, а Некрасова о травме специально не думает, но получается все равно о ней — просто потому, что до недавнего времени такой разговор был невозможен, а все писатели производят тексты, которых еще нет, но сами они хотели бы их видеть.

В связи с этим новым направлением в обиход критики вошло понятие "автофикшн", то есть художественное описание собственного опыта. Однако вопрос о взаимоотношении действительного и принадлежащего только тексту остается открытым. Так, Некрасова не готова говорить о своей прозе как об автофикшне, однако много и с удовольствием его читает, как на русском, так и на английском (она может читать только на этих двух языках), к примеру переведенный недавно на русский и вышедший в издательстве "Ad marginem" "Выгон" Эми Липтрот, сочетающий в себе автобиографию и экологический манифест. Этот жанр позволяет избавиться от навязанного литературным каноном большого, серьезного, дидактического, мужского взгляда, озирающего пространство текста с божественной дистанции, и перенестись на уровень частного, мелкого, казалось бы, неважного, но все-таки чрезвычайно значимого опыта. Богданова добавила, что не слишком понимает, для чего использовать автофикшн, если любой герой выдает своего автора, и в каждого персонажа можно спрятать свой голос и свою боль, будь это хоть фэнтези (с сочинения которых началась ее писательская карьера). Васякина подтвердила, что грань между фикцией и документом чрезвычайно тонка, один и тот же опыт может быть описан и передан самым разным способом — через мемуары, дневники, письма, романы, стихи или даже волшебную сказку.

<Но чрезвычайно важно, чтобы этот опыт высказывали его носители: когда его начинают описывать извне, всегда есть риск превратить его в странную экзотику, оторвать от живой жизни: "Когда мы пишем, мы должны сойти со своего пьедестала и посмотреть людям в глаза". Васякина вспомнила историю своей семьи (которой во многом и посвящена "Рана"): ее бабушка всю жизнь работала в пекарне, мама — на заводе. И школьная литературная программа никак не соотносилась с этой реальностью: где "Война и Мир", а где завод? И тогда встал вопрос — кто, если не я? Кто еще сможет описать мир этих женщин, заводчанок и работниц, которые молчали всю свою жизнь, и потому ушли, оставаясь незамеченными?Из этого, разумеется, вырос разговор о том, чем сегодня становится семья. Богданова указала на странную позицию женщины в современном мире. С одной стороны, она должна быть независимой, образованной, строить карьеру. С другой — ухаживать за мужем, следить за домом, растить детей, быть идеальной женой и любовницей. Женщина всем вокруг оказывается должна, от мужчины не ждут ничего того, чего требуют от женщины. И, естественно, интересно становится описать, чем в этих отношениях становится семья, как этот двоякий, распадающийся статус женщины влияет на семью. Васякина поддержала разговор, вспомнив о том, что XX век был веком катастроф, в котором женщинам часто приходилось не менее тяжело, чем мужчинам, однако опыт этот остался невыговоренным и табуированным. Наталья Малаховская, одна из основательниц первого в СССР феминистского самиздат-журнала "Женщины и Россия" (недавно о нем в том же Common place вышла книга "Феминистский самиздат. 40 лет спустя"), писала о "материнской семье", держащейся исключительно на женщине, потому что мужчина не хочет, да и не способен, пошевелить хоть пальцем для ее сохранения. Васякина рассказала и о том, что ее семьи для российского государства, не признающего однополые браки, не существует, и огромная часть жизни находится в странном зазоре, слепой зоне: ее супруга не может включить ее в свою рабочую страховку и т.д.

Наконец, Некрасова, чей сборник рассказов "Сестромам" как раз и посвящен анализу самых разных, часто тяжелых и травматичных семейных отношений и поиску их разрешения, объяснила, что семья менялась множество раз, и в последний раз кардинально поменялась она с развалом СССР. У женщины появилась возможность зарабатывать большие деньги, но появилась возможность и не работать совсем, выполняя работу по дому — своеобразный капиталистический взгляд на женщину. Отношения внутри семьи стали быстро и необратимо меняться, потому что все традиционные модели оказались сметены.

В чем-то это похоже на ситуацию Южной Кореи или Китая, где тоже долгое время сохранялись традиционные семейные роли, которые так же стремительно, как и в России, модернизировались. Люди в семье могут быть партнерами, семьей человека могут быть его друзья, могут быть родители — кровные или нет. В конце концов, человек сам может быть себе семьей. И остановить этот процесс эмансипации — причем всех поколений, и старших, и младших — невозможно, несмотря на усилия власти по восстановлению и навязыванию традиционных семейных отношений (которые, вообще говоря, в исторической перспективе не так уж и традиционны).

Несмотря на то, что многим этот разговор все еще кажется неважным, вторичным и маргинальным, никто из писательниц не чувствует себя одиноко — в конце концов, тот факт, что участниц было три, и присоединиться к ним могли бы еще многие и многие, говорит сам за себя. И Некрасова, и Богданова окружены авторками своего личного канона, которые могли писать и десять, и двадцать, и семьдесят, и сто пятьдесят лет назад, и даже не на русском языке, благо информация сегодня вполне доступна каждому, выходящему в сеть.

Вообще, опыт женщин, выросших в 90-00-ые годы — это прежде всего опыт разнообразного насилия, и чем дальше, тем больше людей начинают об этом разговор на языке художественной литературы. Васякина вспомнила, что во время учебы в Литинституте список женщин русской литературы сводился к Ахматовой, Цветаевой и Ахмадулиной, она чувствовала себя абсолютно одинокой. Однако, чем дальше, тем больше имен она узнавала — начиная с Анны Буниной и заканчивая поэтессами 90-ых годов.

Разговор этот не только о женщинах — подобное сейчас происходит и с литературами малых языков, и с описанием опыта людей, живущих за пределами европейского мира, и с описанием опыта людей иных сексуальных ориентаций и гендеров. В конечном итоге тяжелая работа, которую производят писатели, необходима для того, чтобы никто не чувствовал себя одиноким в своей жизни. И самая большая награда, вероятно — когда тебе пишет твой читатель и благодарит тебя, что ты написал книгу и о нем тоже.

Читать далее
Advertisement
Нажмите, чтобы прокомментировать

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Общество

СК взял на контроль дело депутата курганской думы и охотников, которые переехали волка на снегоходе и засунули ему в пасть ружье

СК взял на контроль дело депутата курганской думы и охотников, которые переехали волка на снегоходе и засунули ему в пасть ружье

Опубликовано

Следственный комитет взял на контроль дело депутата курганской думы Дениса Хахалова, который переехал волка на снегоходе. Об этом сообщается на сайте ведомства.

Шестерых человек подозревают в незаконной охоте (часть 2 статьи 258 УК).

Znak.com со ссылкой на источник писал, что в феврале в полицию поступило заявление об убийстве четырех волков без лицензии — причиной стала видеозапись, распространившаяся в соцсетях. Ее опубликовала Readovka.

На видео из-под колеса снегохода выглядывает окровавленная голова волка, его тело придавлено колесом. В пасть животного засовывают ствол ружья. Слышен голос мужчины: «Ох, ***** [блин], мы погоняли их». Затем снегоход начинает газовать, проезжая по волку. Один из мужчин подносит ботинок к морде зверя. «Давай я тебя сниму. Затолкай дуло», — говорит один из охотников. Второй снова засовывает животному в пасть ружье.

Судя по видео, Хахалов управлял снегоходом, который придавил волка.

В разговоре со Znak.com депутат подтвердил, что охотился в Свердловской области, и заверил, что у него было на это разрешение.

По словам Хахалова, он сбил одного из волков, «чтобы он не кинулся, потому что он был подранок, кидался на людей, и чтобы лишний раз не стрелять, егеря его добили без выстрела».

Уголовное дело против депутата возбудили в начале июля. Его исключили из «Единой России».

Читать далее

Общество

«Коммерсант»: Генпрокуратура решила взыскать с «Альфа‑банка» более 100 млн долларов по делу экс‑министра Абызова

«Коммерсант»: Генпрокуратура решила взыскать с «Альфа‑банка» более 100 млн долларов по делу экс‑министра Абызова

Опубликовано

Генпрокуратура требует взыскания с «Альфа-банка» 104,5 млн долларов по делу экс-министра открытого правительства Михаила Абызова, сообщает «Коммерсант» со ссылкой на источник в силовых структурах.

По версии следствия, часть вырученных от мошеннических сделок средств Абызов инвестировал в блокчейн-проект Telegram, но сделка не состоялась из-за запрета США. Тогда Абызов договорился с «Альфа-банком» и перечислил деньги туда, в том числе для погашения долга перед банком, отмечает газета.

Генпрокуратура настаивает, что «нелегальные средства» должны быть возвращены в доход государства.

В иске говорится, что действия Абызова и «Альфа-банка» носили «антисоциальный, а их договоренности — ничтожный характер».

Бывший министр находится в СИЗО с весны 2019 года по обвинению в создании преступного сообщества и мошенничестве . По версии следствия, Абызов вместе с сообщниками похитили 4 млрд рублей у акционеров «Сибирской энергетической компании» и «Региональных электрических сетей».

В июле 2020 года СК объявил о причастности Абызова к двум новым преступлениям: легализации средств и коммерческом подкупе . В октябре у него изъяли в доход государства рекордную для России сумму в 32,5 млрд рублей.

Читать далее

Общество

Почему погосты начинают вытеснять жителей сел и деревень из собственных домов

Почему погосты начинают вытеснять жителей сел и деревень из собственных домов

Опубликовано

Почему погосты начинают вытеснять жителей сел и деревень из собственных домов

В поселке Становая Свердловской области кладбище подошло к забору частного дома. В администрации поселка говорят, что все сделано по закону, и ждут проверок сразу нескольких ведомств.

Несколько метров от двери, и начинается кладбище. Такой ландшафтный дизайн не настраивает ни на работу, ни на отдых — а только расстраивает супругов Бабиновых. Дому на участке чуть ли не 100 лет, он принадлежал еще матери Евгения. Да и кладбище неновое — говорят, ему три века. Но разрастаться в сторону бабиновского огорода оно начало несколько лет назад. Две могилы у самого забора — буквально в тридцати сантиметрах — и вовсе появились не так давно.

Глава отдела администрации Березовского городского округа, к которому относится поселок Становая, Александр Каюмов разводит руками:

— Полгода назад похоронили мужчину. Было еще достаточно места до забора, — говорит он. — А тут умерли еще два человека из семьи, вроде как родственное захоронение, решили устроить могилы рядом. Вот и получилось, что возле забора. Я объяснил женщине, чья родня там похоронена: если будет указание, значит, будем с вашего разрешения производить перезахоронение. Она говорит, я против. И тех жалко, и этих жалко… Все очень сложно!

Действующий СанПиН 2.1.3684-21 предусматривает в разных случаях расстояние от жилья до кладбищ от 500 до 50 метров. Бабиновы написали обращения в прокуратуру и Роспотребнадзор. Ответ ждут все — и администрация, и хозяева дома, и родня усопших.

— Дождемся и будем принимать решение, что делать — вместе со службами по благоустройству, экологами и кадастровыми инженерами, — говорит Александр Каюмов.

Похожие случаи легко обнаружились в самых разных регионах России. Село Флотское под Севастополем, деревня Дрожжино в Подмосковье, село Суходол Суздальского района Владимирской области… Историй много, и различаются они разве что количеством метров от могил до жилья — десять, двадцать, двадцать пять… Уральские 30 сантиметров пока рекорд.

Если говорить о том, что делать сейчас — в первую очередь провести кадастровый учет всех земель, определить, какое у нас количество кладбищ, какие у них границы…

Читая такие похожие жалобы россиян на наступление кладбищ, выяснили еще одну закономерность: хоронят на сельских погостах далеко не только сельских жителей. Похороны в провинции обходятся дешевле, чем в мегаполисах. Вот и везут под деревенские березки покойных горожан. И кладбища растут…

Комментарий

Евгений Скорынин, вице-президент Союза похоронных организаций УрФО:

— Я столкнулся с аналогичной ситуацией на своей собственной даче в Каменском районе Свердловской области. В 1992 году был построен дом в сельском поселении, абсолютно законным путем. Сельское кладбище было тогда метрах в четырехстах, а сейчас от моего забора до ближайших могил тридцать метров. Глава администрации поселения говорит, что у них нет средств для установления границ кладбища. Такие ситуации происходят повсеместно, и основная проблема именно с сельскими кладбищами. У администраций нет денег на инвентаризацию, определение границ. Хоронят и хоронят, пока нет претензий у населения, а появятся претензии, начинают разбираться.

Я, как человек, проработавший в похоронке больше тридцати лет, представляю ситуацию, когда можно получить свидетельство о смерти в Екатеринбурге, увезти тело куда-нибудь за Арамиль или Асбест, просто выкопать могилу на сельском кладбище и похоронить там. И участки нарезаются совершенно стихийно: захотели — и захватили участок метров двадцать с прицелом на всю родню.

Президент еще в 2014 году писал в своем поручении, что необходимо провести инвентаризацию кладбищенского хозяйства по всей стране, но этого до сих пор не сделано. В крупных городах какие-то работы могут проводиться, потому что есть на это бюджеты, а по поводу сельских поселений вообще никто этим заниматься не будет.

Если учесть, что в среднем в стране умирает около двух миллионов человек в год и на каждого нужно два квадратных метра земли, если хоронить традиционным способом, то через двадцать-тридцать лет страна может стать одним большим кладбищем… Кладбища-монстры на сотни гектаров, за которыми никто не будет ухаживать, — вот что мы можем получить.

В 1970-х годах существовал план по строительству крематориев в каждом регионе. Потом, с развалом Советского Союза, про него забыли. В Италии, например, действует больше тысячи крематориев, а у нас их меньше сотни.

Если говорить о том, что делать сейчас — в первую очередь провести кадастровый учет всех земель, определить, какое у нас количество кладбищ, какие у них границы, сколько учтенных и неучтенных захоронений там произведено, сколько свободных земель и участков. А дальше разрабатывать региональные программы с прицелом на будущее. Потому что мы знаем среднестатистически, сколько человек умирает ежегодно. В Екатеринбурге, например, 12-13 тысяч. Таким образом, мы можем спланировать строительство новых кладбищ, расширение существующих, возможно, рекультивацию старых, а также строительство дополнительных крематориев и колумбариев. Таким образом, появится программа на пару десятилетий вперед. Это все надо сделать один единственный раз, а потом просто следовать плану. Нужна системная работа!

Читать далее
Advertisement

Последние новости

Общество21 час назад

СК взял на контроль дело депутата курганской думы и охотников, которые переехали волка на снегоходе и засунули ему в пасть ружье

Следственный комитет взял на контроль дело депутата курганской думы Дениса Хахалова, который переехал волка на снегоходе. Об этом сообщается на...

Общество21 час назад

«Коммерсант»: Генпрокуратура решила взыскать с «Альфа‑банка» более 100 млн долларов по делу экс‑министра Абызова

Генпрокуратура требует взыскания с «Альфа-банка» 104,5 млн долларов по делу экс-министра открытого правительства Михаила Абызова, сообщает «Коммерсант» со ссылкой на...

Российские волейболисты сыграют с Бразилией в полуфинале Олимпиады Российские волейболисты сыграют с Бразилией в полуфинале Олимпиады
Спорт22 часа назад

Российские волейболисты сыграют с Бразилией в полуфинале Олимпиады

Но для начала нашим волейболистам нужно было обыграть в четвертьфинале канадцев. В итоге североамериканцам не отдали ни сета — 3:0...

В мире24 часа назад

Иран предложил помощь в расследовании возможного угона танкера близ ОАЭ

Москва. 3 августа. INTERFAX.RU — В МИД Ирана после сообщений о возможном угоне танкера близ берегов ОАЭ заявили, что инцидент...

В мире24 часа назад

В Германии пенсионера оштрафовали и обязали передать музею танк «Пантера»

Москва. 3 августа. INTERFAX.RU — Суд в Киле оштрафовал на 250 тысяч евро 84-летнего коллекционера за незаконное хранение арсенала и...

В мире24 часа назад

Губернатор Нью-Йорка отверг обвинения в сексуальных домогательствах

Москва. 3 августа. INTERFAX.RU — Губернатор штата Нью-Йорк Эндрю Куомо, столкнувшийся с обвинениями в сексуальных домогательствах, отрицает свою вину и...

В мире24 часа назад

В больницах остаются пятеро россиян, пострадавших в ДТП в Анталье

Москва. 3 августа. INTERFAX.RU — После ДТП с туристическим автобусом в провинции Анталья в больницах остаются пятеро россиян в состоянии...

Низкую эффективность оральных вакцин связали со сбоями в работе микрофлоры Низкую эффективность оральных вакцин связали со сбоями в работе микрофлоры
Наука24 часа назад

Низкую эффективность оральных вакцин связали со сбоями в работе микрофлоры

Курс антибиотиков смог частично вернуть эффективность этой процедуре ТАСС, 3 августа. Сбои в работе микрофлоры в кишечнике жителей развивающихся стран...

COVID-19 оказался гораздо опаснее вакцин AstraZeneca и Pfizer в отношении риска тромбоза COVID-19 оказался гораздо опаснее вакцин AstraZeneca и Pfizer в отношении риска тромбоза
Наука24 часа назад

COVID-19 оказался гораздо опаснее вакцин AstraZeneca и Pfizer в отношении риска тромбоза

Для привитых этими препаратами риск был незначительно выше нормы, а для переживших коронавирусную инфекцию – в 15 раз больше ТАСС,...

Гимнастка Оксана Чусовитина в 46 лет выступила на своей восьмой и последней Олимпиаде Гимнастка Оксана Чусовитина в 46 лет выступила на своей восьмой и последней Олимпиаде
Спорт24 часа назад

Гимнастка Оксана Чусовитина в 46 лет выступила на своей восьмой и последней Олимпиаде

Этим летом Чусовитиной исполнилось 46 лет. За ее плечами восемь летних Олимпиад (1992, 1996, 2000, 2004, 2008, 2012, 2016, 2020)....

Advertisement
Advertisement

Популярное